Финансовая автономия ГКНБ укрепляется
Финансовая автономия ГКНБ укрепляется
Кабинет министров Кыргызстана расширил перечень средств, которые государственные органы и бюджетные учреждения могут аккумулировать на специальных счетах в системе Единого казначейского счета.
В частности, на специальный счет ГКНБ будут поступать средства от регистрации мобильных устройств в государственной системе идентификации средств связи, а также часть доходов от платных услуг Единой системы учета внешней миграции.
Значительная часть изменений касается Министерства транспорта и коммуникаций. На специальные счета его ведомств и подведомственных учреждений смогут поступать сборы за проезд по автомобильным дорогам транспорта со специальными и неделимыми грузами, плата за весогабаритный контроль, средства в счет возмещения ущерба, причиненного дорогам тяжеловесным и крупногабаритным транспортом, а также плата за аренду земельных участков в полосе отвода и придорожной полосе. Кроме того, предусмотрена возможность отчислений подведомственных организаций Минтранса в центральный аппарат министерства.
Комментарий:
Конечно же все инициативы подаются как техническая бюджетная мера. Но применительно к ГКНБ она приобретает гораздо более серьезное политическое значение.
При Камчыбеке Ташиеве орган ГКНБ превратился из обычной спецслужбы в один из ключевых центров силового и экономического влияния. Комитет получил расширенные полномочия, доступ к государственным информационным системам и стал главным инструментом так называемой «кустуризации» — изъятия и возврата государству активов.
После ухода Ташиева появились публичные заявления о необходимости проверить возможные злоупотребления при изъятии имущества и денег. Логично было бы ожидать усиления внешнего контроля над финансовыми ресурсами силового ведомства.
Однако происходит и обратное: ГКНБ получает новые источники доходов, связанные с государственными цифровыми системами и обязательными платежами граждан и бизнеса.
Здесь возникает политический вопрос. С ухода Ташиева, созданная при нем мощная институциональная конструкция ГКНБ не демонтируется. Напротив, отдельные элементы ее финансовой автономии сохраняются и расширяются.
Поэтому происходит не столько демонтаж «ташиевской модели», а о ее деперсонализации — сохранении сильного силового инструмента, но уже под более жестким контролем президентской вертикали.
Именно поэтому сейчас важнее следить не только за тем, сколько денег получает ГКНБ, но и за тем, куда они затем направляются: в какие подведомственные структуры, на какие закупки и к каким конечным подрядчикам.
Если этот контроль окажется закрытым или формальным, новые спецсчета могут превратиться из технического инструмента финансирования в дополнительный канал финансовой автономии силовой вертикали.
Абду Шукур
