Являются ли новые атаки Украины уничтожением военной логистики и российской экономики или же это попытка вывести Центральную Азию из-под влияния России?

Газета «Ар-Рая»

Являются ли новые атаки Украины уничтожением военной логистики и российской экономики или же это попытка вывести Центральную Азию из-под влияния России?

В июле и августе 2026 года украинские беспилотники неоднократно атаковали логистические склады Wildberries в России, причинив серьёзный ущерб разветвлённой инфраструктуре компании. Украина считает эти объекты частью логистическиой сети, через которую российская армия получает комплектующие для беспилотников и другую продукцию двойного назначения.

В результате этих атак ущерб понесли более 400 тысяч продавцов. По оценкам «Data Insight», их убытки могут составить от 445 до 507,8 млрд рублей. Восстановление инфраструктуры же может обойтись ещё в 147–223 млрд рублей, и в сумме это означает что общий ущерб дойдёт до 600–800 млрд рублей, то есть примерно 7–10 млрд долларов. При этом эти цифры являются лишь экспертной оценкой, а не окончательными официальными данными.

Украина рассматривает Wildberries как одно из звеньев российской системы военного снабжения. В России же компания является прежде всего гражданской площадкой онлайн торговли. Поэтому последствия ударов будут ощущаться далеко за рамками военной логистики, так как они затрагивают сотни тысяч малых предпринимателей, нарушают работу логистических цепочек и отражаются на внутреннем рынке страны.

Таким образом, атаки призваны не только осложнить снабжение российской армии, но и сделать продолжение войны для России более затратным, одновременно нанося ущерб её экономической инфраструктуре.

Однако куда важнее другое, а именно то, как всё это отражается на Центральной Азии. Украинские удары, растущие логистические риски внутри России, поиски Wildberries новых мощностей и повышенный спрос на складские площади в Казахстане постепенно меняют всю региональную систему торговли и перевозок.

Сообщается, что Wildberries ищет в Казахстане складские помещения площадью от 100 тысяч квадратных метров и одновременно строит крупные логистические центры в Алматы и Астане. Иными словами, несмотря на то что война идёт на территории России, её экономические и логистические последствия всё заметнее смещаются и в сторону Центральной Азии.

Для Центральной Азии это одновременно несёт и риски, и новые возможности, так как до конца не понятно, ослабит ли всё это экономическое влияние России или, наоборот, укрепит его за счёт создания новой инфраструктуры? Ведь Wildberries остаётся российской компанией, а её расширение в Казахстане и других странах Центральной Азии может не сократить российское влияние, а лишь придать ему иную форму.

С другой стороны, сбои в торговых цепочках, завязанных на Россию, подталкивают Центральную Азию к более активному использованию маршрутов через Каспийское море, Южный Кавказ, Турцию и далее в Европу. Что объективно совпадает с курсом Запада на снижение зависимости региона от влияния России.

Таким образом, эти удары повышают риски для внутренней российской логистики и могут ускорить перераспределение торговых потоков между Россией и Центральной Азией, тем самым создавая благоприятные условия для западной стратегии, цель которой — сократить экономическое влияние России в регионе.

Что предпримет Россия?

Москва не намерена просто наблюдать за происходящим. Путин уже поручил восстановить повреждённые склады и логистическую инфраструктуру и перевести их на более высокий технологический уровень при участии государства.

Одним из возможных ответов России может стать отказ от крупных централизованных складов в пользу сети распределённых и лучше защищённых региональных логистических хабов. Расширение Wildberries в Казахстане тоже играет на руку Москве, поскольку позволяет ей сохранять заметное присутствие в логистике Центральной Азии.

Однако здесь возникает другой вопрос: насколько сами страны Центральной Азии способны защитить своих экспортёров от рисков, связанных с внешними рынками?

Узбекистан, например, до сих пор публично не объявил о каких-либо мерах по компенсации убытков узбекским предпринимателям, пострадавшим в результате атак в России, и не предъявил Москве никаких требований. Россия, со своей стороны, тоже хранит молчание по этому вопросу. А при отсутствии механизмов распределения рисков, связанных с внешними рынками, экспортёры вынуждены самостоятельно искать альтернативные рынки сбыта и новые логистические маршруты.

В связи с этим перед Узбекистаном встаёт принципиальный вопрос: насколько отечественные и иностранные предприниматели могут рассчитывать на государство в вопросе защиты своих товаров, капитала и инвестиций?

В этом контексте стоит обратить внимание на намерение Узбекистана присоединиться к Сингапурской конвенции, о чём 10 августа 2026 года объявило Министерство юстиции. Сама эта конвенция не гарантирует сохранность инвестиций или получение прибыли, однако она укрепляет механизмы признания и исполнения международных соглашений, достигнутых в результате коммерческой медиации. Что для иностранных инвесторов будет дополнительной правовой защитой и снижением рисков при разрешении коммерческих споров.

Но это не даёт ответа на другой вопрос, а именно: готово ли государство, вместе с усилением гарантий для иностранного капитала, предпринять столь же серьёзные шаги для защиты от внешних экономических рисков отечественных предпринимателей?

Непосредственной целью ударов по Wildberries может и является нанесение ущерба российской логистике и экономике, однако их косвенный эффект способен оказаться куда шире, так как из-за этого цепочки поставок Центральной Азии, завязанные на Россию, могут начать перестраиваться, а сам регион всё активнее будет переключаться на альтернативные транспортные и торговые маршруты.

Пока ещё нельзя открыто утверждать, что речь идёт о специальной скрытой операции, направленной на отрыв Центральной Азии от российского влияния. Однако объективно происходящее соответствует интересам Америки, так как это способствует сокращению экономического влияния России в регионе и одновременно усиливает значение альтернативных транспортных коридоров.

Российско-украинская война уже давно вышла за пределы двух стран. Экономические последствия этой войны уже дошли до Центральной Азии, затронув предпринимателей, логистику и транспортные маршруты региона. Поэтому главный геополитический вопрос сегодня заключается не в самих складах как таковых, а в том, к какому экономическому центру в дальнейшем будут тяготеть торговые потоки, товары и капиталы Центральной Азии.

Итог таков: пока силы неверия ведут между собой геополитическую борьбу, тысячи мусульман Центральной Азии расплачиваются за неё своими деньгами и ощущают её последствия в повседневной жизни. Если бы их правители проводили самостоятельную политику и опирались на законы Аллаха, а не на Россию или Запад, они были бы достойны помощи Аллаха.

Последствия опоры на неверных не ограничиваются лишь политической и экономической зависимостью в этой жизни. В Последней жизни каждый будет отвечать за свой выбор и свои поступки, и особенно это касается правителей. Однако время ещё есть и если они покаются перед своим Господом и будут твёрдо придерживаться Его законов, поставив интересы мусульман выше интересов внешних игроков, то, с дозволения Аллаха, обретут могущество и силу.

وَلِلَّهِ الْعِزَّةُ وَلِرَسُولِهِ وَلِلْمُؤْمِنِينَ وَلَٰكِنَّ الْمُنَافِقِينَ لَا يَعْلَمُونَ

«Могущество принадлежит Аллаху, Его Посланнику и верующим, однако лицемеры не ведают об этом» (68:8).

Ислам Абу Халиль — Узбекистан

02.09.2026